Простая доярка, которая вправе участвовать в принятии судьбоносных решений

Во дворе у Ларисы Борисовны Вергейчик, доярки из ОАО «Жатерево», – идеальная чистота. Курочки степенно расхаживают по траве, на клумбах – буйство красок, а рядом – аккуратная детская площадка. За этой спокойной картиной – целая жизнь: переезд из другой страны, ранняя потеря мужа, тридцать четыре года на ферме и два дня, которые изменили все.

«Приехала – и осталась»

В 1992 году Лариса Борисовна переехала в Беларусь из Латвии. Тогда, как она думала, на время, а оказалось – навсегда.

– Вот так и получилось, – разводит руками женщина. – Приехала – и осталась. Уже больше тридцати лет в Беларуси. Тут вся моя жизнь теперь.

Судьба ей выпала непростая. Муж умер рано, и Лариса Борисовна осталась одна с двумя детьми на руках.

– Сын тогда совсем маленький был, дочка тоже, – вспоминает она. – А жить-то надо. Поднимать, кормить, учить. Вот и пошла на ферму работать. Сразу, как приехала, в 1992-м.

С тех пор на ферме ОАО «Жатерево» она 34 года. Практически все это время трудилась дояркой.

«Думала, шутят»

В декабре 2010 года жизнь Ларисы Борисовны на два дня выбилась из привычного графика. Вместо фермы и доильного зала – зал Дворца Республики в Минске. Вместо рабочей одежды – парадное платье. Она стала делегатом четвертого Всебелорусского народного собрания.

– Мне позвонили и сказали: «Лариса, ты едешь на Всебелорусское народное собрание», – вспоминает она. – Я сначала даже не поверила. Говорю: «Вы чего, я же простая доярка!» А мне в ответ: «Вот именно такие и нужны. Те, кто на земле стоит, кто хлеб и молоко дает».

До этого Лариса Вергейчик ни разу не была в Минске по «деловым» поводам. Все больше ферма, дом, хозяйство. А тут – делегат. Две с половиной тысячи человек из разных уголков страны. И вместе с ними – она.

– Я всю ночь перед поездкой не спала, – признается. – Не от страха. От волнения. Думала: как я там буду? Что говорить?

Два дня, которые запомнились на всю жизнь

6 декабря 2010 года Лариса Борисовна оказалась в зале, где собрались министры, руководители заводов, ученые, врачи, студенты.

– Знаете, я сначала стеснялась, – улыбается. – Смотрела на людей в костюмах, при галстуках. А потом оглянулась: рядом со мной сидит простой механизатор, дальше – учительница из деревни. И я поняла: нас тут много, простых.

Больше всего Ларису Борисовну поразило выступление Президента.

– Он говорил так, будто с нами, с простыми людьми, разговаривал. Сказал, что мы удвоили ВВП за десять лет. Что все это – наш общий труд. И я сидела и думала: да, это и мой труд тоже.

Для Ларисы Борисовны самым важным моментом стало то, что на собрании много говорили о сельском хозяйстве.

– Президент сказал, что мы по правильному пути идем. Что деревню надо спасать. Что людям нужна работа на земле. Я сидела и кивала, – смеется собеседница. – Потому что это же про меня. Про мою ферму. Про то, что я двадцать лет тут работаю и не жалею.

Вернулась Лариса Борисовна домой через два дня. На ферму пришла в то же время, что и обычно: половину пятого утра. К тем же коровам. Но, говорит, что-то внутри изменилось.

– Я стала по-другому смотреть на свою работу, – признается. – Раньше думала: ну занимаюсь дойкой – что тут такого особенного? А после собрания поняла: я – часть большого дела. Мы кормим страну. И это не просто слова. Это правда. На собрании говорили, что сельское хозяйство обеспечивает продовольственную безопасность. И я такая стою у доильного аппарата и думаю: это и про меня тоже.

Дети создали семьи, внуки подрастают

Дети Ларисы Борисовны давно взрослые: сыну – 39 лет, дочери – 36. Оба устроились в жизни, работают, имеют свои семьи. У нее уже пятеро внуков – главная радость.

– Живут отдельно, – говорит Лариса Вергейчик. – А на лето все ко мне съезжаются. Двор оживает, голоса детские, смех. Для них и площадку эту поставили.

Четыре года назад женщина вышла на пенсию. Но без работы не может. Осталась на той же ферме.

– Телятницей работаю, – поясняет. – Маленькие они, трогательные. Придешь – они к тебе тянутся, мычат. Душа радуется. Дома одна сидеть я не умею, мне нужно движение, нужно дело.

Зимой, когда двор пустеет, хозяйка не скучает. Курочки требуют заботы, дом – тепла, а клумбы – планирования на будущий сезон.

«Не жалею ни о чем»

За тридцать с лишним лет Беларусь стала родной. Латвия теперь – только воспоминания да редкие фотографии в альбоме.

– Здесь мои дети выросли, здесь внуки родились, – говорит Лариса Борисовна. – Здесь друзья, соседи, коллеги. Куда мне отсюда уезжать? Тут мой дом, моя земля.

Она смотрит на свои клумбы, на притихших курочек, на площадку, которая скоро наполнится детским смехом, и тихо добавляет:

– Жизнь, конечно, была непростая. Одна с детьми, одна с хозяйством, одна с работой. Но знаете, я не жалею. Потому что все это было по-настоящему. И все это – мое.

А потом улыбается и говорит то, что, наверное, и есть главная правда ее жизни:

– Если бы позвали еще раз на Собрание – поехала бы не раздумывая. Я же не министр, не депутат. Я доярка. И меня позвали решать судьбу страны. Разве это не чудо?